• Россия 1
  • Россия 24
  • Радио России
  • Радио Маяк
  • Радио Вести ФМ
ЮниКредит Банк

Дмитрий Коровин

28 сентября 2016, 12:35
На ГТРК «Новосибирск» с 1997 года. Журналист редакции информации, в разные годы ведущий новостей, «Событий недели», вел «Губернские новости», программу «Дежурная часть». Сейчас шеф — редактор службы информации.
Дмитрий Коровин

Путь мой телевизионный начался в 95 — ом году в Волгограде. После военной службы попал на муниципальное ТВ Волгограда. Это была первая коммерческая ТВ-студия. А через 2 года мы переехали сюда, в Новосибирск. И я первым делом устроился на работу. Посмотрел все местные каналы — их было три — 12-ый, 4-ый и Панорама — ГТРК. И я пришел, принес  свои работы, которые я делал там — репортажи, выпуски — я там уже вел. И тематика у меня осталась та же — военная, силовики, криминальные хроники. Через неделю, как я сюда пришел, мне позвонили и сказали : «Всё, ты выходишь с завтрашнего дня на работу, сразу взяли в штат».

        Это был октябрь 97 — го года. Коллектив был профессиональный — в редакции информации работали Лаврушенко, Бекасов, Ларин, Романова Лариса, Моисеев, Вова Соколов. Мне было нетрудно вливаться в коллектив, поскольку опыт работы в профессии был, умел что-то делать. Я в Волгограде много снимал и сам, и в Чечню в командировки ездил. Поэтому мне особо долго объяснять ничего не надо было. Когда я пришел, у редакции были проблемы с военными, конфликт. Я сказал - «конфликт порешаем». Уже через месяц всё, не было никакого конфликта. Полное понимание — потому что я знаю и умею, как надо общаться с этими людьми. Это так же, как заставить меня сейчас сделать о музыке — я сделаю, но это будет мое представление, я что-то не замечу, пропущу просто в  силу профессионального непонимания . Так и с военными. Я закончил военный вуз, и после распределения мы с женой сразу уехали на Северный Кавказ, и потом после Чечни я уволился. Так что у меня было знание этой профессии. Я с военными на одной волне, языке, на одной ноге. Тем более многие из тех, с кем я учился, продолжают служить или перешли работать в правоохранительные структуры. Мне проще через такие источники получать информацию какую-то эксклюзивную — потому что мы знаем друг друга. И они иногда могут рассказать такое, что другим не скажут. Они понимают, что я знаю, о чем можно сказать, а о чем промолчать .

                  Если вспоминать — что задело в работе, то это скорее те истории, которые выбиваются из общего потока, чего не ожидаешь, а оно происходит. Была история — я вел программу в прямом эфире с Леной Ерушиной. И в тот день у меня родилась дочка. Ерушина откуда-то узнала. Программа была в прямом эфире часовая — и были тогда объявления по пейджеру. И вот прислали сообщение: «У Димы родилась дочь , такой рост, вес». Программа была новостная, попытка проанализировать неделю. И вдруг ни с того ни с сего я слышу в эфире: «У Димы Коровина родилась дочь, мы все его поздравляем». А мы сидели в прямом эфире, общались, рассказывали новости, читали сообщения, которые приходили на пейджер. Вот такая история.

                     А вообще в работе у меня такой рефлекс выработался — когда постоянно говоришь о какой-то боли человеческой, то лучше не запоминать все эти истории , можно просто с ума сойти. И у меня со временем так выработалось — я не помню, что я неделю назад снимал. Я не знаю — хорошо это или плохо, но всю негативную информацию из моей криминальной тематики я не запоминаю. Каждую съемку помнить — кто кого убил, этот разбился, этого избили, расследуют дело — кошмар замучает. Это надо подавать как информацию — то, что происходит здесь, сейчас и сегодня, как можно точнее , оперативнее.

                     Есть истории, которые задевали лично меня. Бывает — я за ними слежу порой годами. Таких дел было немало, которые закончились победой справедливости, конкретный результат — мы добились. Такие вещи бывают, когда видишь какую-то несправедливость, и нужно помочь человеку. У нас бывает много сообщений и просьб, когда ты видишь: он сидит на месте и сам усилий не предпринимает, чтоб решить свою проблему. К сожалению, из 10 звонков таких девять. А человек должен сам — сходить в прокуратуру, решить с ЖЭУ, обратиться туда-то — и все решится. Нет — он сидит и названивает нам — помогите, телевидение! Но есть ситуации, когда видно, что не получается у людей, хотя бьются и пытались не раз что-то сами сделать. И тогда стараешься идти до конца. Вот из последних две истории, когда после нашего репортажа решали проблему.

Например — ребенку купили очень дорогие коньки профессиональные. Он конькобежец, но не мог выступить на соревнованиях из-за того, что нет экипировки .Второй случай — многодетную семью выгоняли, жить негде. Дали квартиру. Предпоследний случай — собаки в поселке Новый. Мы за этой историей год следили — собаки у хозяина кусали людей, он их выпускал без намордника. И в итоге — хозяину присудили большой штраф, собак сейчас в поселке нет на улицах, люди перестали бояться за себя и детей — недавно звонил , узнавал. Ну и совсем последняя история, которая еще не закончена — Виктор Ганчар. Тот парень, который наркомана из квартиры выгнал, ударил, и тот умер. Дело не закрыто, продолжается. И я понимаю — любой на его месте поступил бы точно так же, защищая семью, детей. Поэтому следим постоянно, продолжается история. Сердце чувствует — не должно так быть, чтоб такое несоразмерное наказание — 6 лет строгого режима. За 20 лет съемок таких историй сразу видно, кто виноват и что он сделал. И я бы точно так же на его месте взял ножку стула и стал бы защищать. Эта история еще будет долго тянуться — теперь уже в Москве в Верховном суде. Но я считаю — так не должно быть, чтоб человека осудили несправедливо.

                    Что для меня работа? Когда человек проводит здесь по 12 часов, а у нас такое постоянно, то это уже не просто работа, а смысл жизни. У нас иногда вдруг возникают разговоры — «я переработала, много работаю» — у меня всегда внутри вопрос — А чего ж ты работаешь тогда здесь? Любая работа должна приносить удовольствие. Если только зарабатывать и отсидеть здесь положенные часы — это не работа, а мучение. А если так — иди в другое место. А у нас работа в радость, да еще и пользу приносит  людям — тогда в этом и смысл, и желание появляется что-то делать.

                 Если говорить о том, что за 20 лет что-то меняется, то скажу, что с каждым годом становится сложнее. Жизнь меняется, всё вокруг меняется, а мы к сожалению, не можем быстро меняться. И не готовы меняться люди, которые приходят молодые. Они хотят, рвутся делать дело — но не умеют. Недаром говорят: Старый воин — мудрый воин. А таких становится меньше, приходит много молодых с желанием, но без умения. Раньше, наверное, было время, чтобы молодежь учить, не было такой нагрузки, столько эфира, интенсивности труда. Был один эфир в день «Панорама» полчаса, сюжеты по пять минут. Сейчас же, чтобы 15 минут сделать, столько надо попрыгать, носиться. Но мне этот драйв нравится. У меня уже жена привыкла к моему графику такому. Прихожу рано, она говорит: «Не приходи так рано,  я не в своей тарелке себя чувствую».  Привыкла, что я прихожу в  полдесятого, половине одиннадцатого.

               Я сохранил свои записи первых сюжетов. От руки, на обороте отпечатанных машинописных сюжетов. Так раньше делали. Сначала писали от руки текст, потом отдавали его машинистке — она уже набирала. А у меня почерк проблемный — приходилось ей объяснять, что я написал. Когда появились первые компьютеры — они появились намного позже, они стояли не у всех, только у самых опытных. И вот я тут нашел  - смешно сейчас это всё. В эфире читали рекламные объявления в программе «Панорама — факты, комментарии» , вот например, такое объявление: «Продадут яблоки антоновка. цена 50 рублей за килограмм. Обращаться по телефону...». А внизу написано — «20 слов. 1875 умножить на два» — я не знаю, что это , может, по двойному тарифу такие объявления давали. Забавно. А вот еще объявление, оно стОит 2 100 рублей: «Организация снимет помещение под офис с телефоном , по линии метро. Продаст новый гусеничный вездеход ГТТ.»  Такие объявления подчитывали — закрывали картинкой. И за кадром читали. Погоду — то же самое. Читали за кадром ведущие новостей.

                   Ну а если говорить о том, что сейчас в моей работе — у меня порой уж такое чувство, что в мозгу ячеек не хватает все запоминать. Поток информации приходится пропускать через себя огромный, но все это информация сиюминутная, с ней надо мгновенно расставаться. Потому что ей на смену такой же, если не больше объем. Редактору к тому же надо еще с людьми научиться взаимодействовать. Особенно в коллективе, где много девушек, женщин. И этот коллектив  — звезды, общаешься с девушками — звездами. Поэтому мне кажется, в работе редактора надо сочетать умение быстро реагировать — с умением общаться с людьми. Когда тебе надо срочно втиснуть получасовую информацию в 15 минут, что-то срочно поменять местами, добавить или убрать — тут уже надо, чтоб все так же быстро реагировали. И ты сам — такой быстрый ум. Компьютер, пентиум последней модели. Вот такая работа и жизнь.  




Loading...