Любовь зла: медсестра из Барабинска оказалась в иракской тюрьме за связь с террористами

29 апреля 2018, 14:21
«Джамаат» – не просто слово-страшилка из новостных сводок. Иногда террористами могут оказаться соседи или одноклассники. Как медсестра из Барабинского села оказалась в иракской тюрьме?

Фотографии с последней встречи одноклассников имеют для Светланы Волгиной особую ценность. Четыре подруги – здесь они ещё все вместе – вспоминают 10 счастливых школьных лет. Их пути разошлись и встретиться в полном составе, похоже, уже не суждено. Ольга Ширмер всегда была тихоней, а сегодня её обвиняют в связях с террористами.

Светлана Волгина, жительница г. Барабинска: «Мы знакомы с ней с детского сада, она всегда была такая спокойная, замкнутая в себе немного, сильно ни с кем не общалась. У нас у всех в голове это не укладывается, как можно было вообще до такого додуматься. Все одноклассники, односельчане – все в шоке».

В первом браке у Ольги Ширмер родилась дочь, но союз с односельчанином быстро распался. Через пару лет её жизнь круто изменил другой возлюбленный – уроженец Таджикистана Косымджон Ходжахонов, который приехал в село Новочановское на заработки. Между строителем и медсестрой вспыхнул бурный роман, вскоре Косым и Ольга поженились. У них родилась дочь, они были вполне счастливы, говорят соседи, до тех пор, пока глава семьи не ударился в религию.

Михаил Полухов, глава администрации Новочановского сельсовета в 2008-2016 гг.: «Я знаю, что он изменил свои взгляды, когда съездил в Омск (там было что-то связано с похоронами) – после того, как вернулся с Омска. Они приняли там ислам – жена приехала и надела паранджу. Что там в Омске они нашли и кто там с ними что сделал… хотя до Омска он был совершенно другим человеком».

Ходжахонов отпустил бороду, ввёл строжайшие правила поведения для жены и двух дочерей. Школьницы по примеру матери надели хиджаб. Старшая – Татьяна – поначалу стеснялась нового имиджа, но под влиянием отчима впоследствии прониклась новыми идеями.

Ирина Уханёва, заместитель директора по воспитательной работе Новочановской школы: «Постепенно она отдалилась от всех детей, потому что им не разрешали играть, праздники отмечать. У нас был классный час по крещению, праздник 19 января. Она демонстративно встала, закрыла уши и повернулась спиной ко всему классу».

Эта семья не исповедовала традиционный ислам, уверены контрразведчики. По информации сотрудников ФСБ, Косым Ходжахонов был одним из организаторов так называемого «Барабинского Джамаата» – объединения, созданного для вербовки единомышленников в ряды ИГИЛ (запрещённой в России организации). Место встречи – заброшенное здание школы в татарском селе, аул Тандов.

В ходе оперативной разработки выяснилось, что в 2015 году в Сирию из Барабинского района собирались выехать восемь человек. Планы потенциальных наёмников разрушили контрразведчики. От навязчивой идеи не отказался только Ходжахонов. Он вывез семью якобы по туристической путёвке в Египет. Домой Ольга Ширмер и её дочери не вернулись.

Евгений Миллер, глава администрации Новочновского сельсовета: «Сколько мы с Сашей разговаривали, с братом её – он говорил: «Он меня просто обманул». Он говорил, что он не мог поверить, что они там останутся. Всё вело к тому, что они просто уехали отдыхать и вернутся».

Следы сибирячек потерялись на Ближнем Востоке. Известно, что Косымджон Ходжахонов погиб в боях с сирийскими ополченцами. О судьбе Ольги Ширмер друзья и близкие узнали из федеральных новостей: сегодня женщина находится в иракской тюрьме по обвинению в пособничестве террористам и незаконном пересечении границы.

Владимир, отец Ольги Ширмер: «У меня связи нет. Там ведь две внучки у меня малолетних… Были малолетние… сейчас одной уже 18, а уехала она – ей было 14. Связь была, потом связь потерялась, и поэтому мать с тоски умерла».

Мать Ольги Ширмер, не выдержав разлуки с дочерью и внучками, наложила на себя руки. У отца появились проблемы с алкоголем – мужчина корит себя за то, что вовремя не обратился за помощью к правоохранителям. По иракским законам, за помощь террористам женщине грозит смертная казнь. О том, где могут находиться её дети, сегодня никому не известно.