История микрорайона «Расточка»: «Я – Новосибирск. Портрет микрорайона»


На новосибирском заводе «Тяжстанкогидропресс» сегодня модернизируют производство. Казалось бы, новость из мира бизнеса – но нет. Именно благодаря заводу в областном центре появился большой микрорайон, не похожий ни на какой другой – «Расточка».
27 Августа 2017, 13:53

Жизнь 10 тысяч человек, так или иначе, связана с производством. Они верят: будет хорошо заводу – будет развиваться микрорайон. За прошлый век «Расточка» прошла путь от землянок – к почти итальянской роскоши, а новое тысячелетие встретила с разбитыми окнами в домах и католическими монахинями во дворах. По улицам, где бомбоубежище почти в каждом доме, прошлась Виктория Шмидт.

Когда-то главная модница завода, Тамара Ивановна и сегодня не выйдет на улицу без помады на губах. Ее родители в 1939-м приехали в Новосибирск строить завод тяжелых расточных станков. Вместе с новым микрорайоном – «Расточкой» – росла и маленькая Тамара.

Тамара Маненко, жительница микрорайона «Расточка»: «Приехали когда вербованные, нас сразу в барак поселили, 32 комнаты слева-справа. Туалет построили, водокачку, вырыли огромную яму ковшом, туда помои сваливали. Чистое поле было, ничего не было абсолютно, завод строился, надо было строить жилой фонд».

Еще один свидетель рождения «Расточки» – Михаил Томилов. На заводе – с первого дня его работы. В войну мальчишкой трудился по 12 часов – без выходных, по ночам.

Михаил Томилов, ветеран завода «Тяжстанкогидропресс»: «Помню, работал один в цехе, посреди ночи, делал шестерни. Станок большой, а мы же маленькие, две-три подставки и всё, на двух станках».

Собранные его руками станки до сих пор на вооружении предприятия. И сын – весь в отца: на заводе – 50 лет и на пенсию не хочет. В конструкторском бюро плечом к плечу – с племянником, в соседнем кабинете – сестра. Татьяна – 40 лет в должности инженера. Общий трудовой стаж Томиловых – 500 лет.

Татьяна Калекина, инженер-конструктор завода «Тяжстанкогидропресс»: «Я еще училась в школе, но уже знала названия всех станков, прессов – родители приходили домой, что-то обсуждалось, приходили другие сотрудники, что-то обсуждалось, невольно все это было, завод – он был родным с детства».

В Татьянином детстве «Расточка» была уже другой – элитный заводской городок. На месте бараков и землянок после войны появлялись двух-трехэтажные кирпичные дома. Строили на совесть, хоть и быстро. Эти три дома – за месяц.

Константин Голодяев, сотрудник Музея г. Новосибирска: «В декабре 1945 года здесь началось строительство, эти три дома – 7, 5, 11 по Мира – здесь был установлен мировой рекорд по кладке кирпича».

Виктория Шмидт, корреспондент: «Жилой квартал между улицами Бурденко и Мира раньше называли «Маленьким Берлином», потому что некоторые из домов строили пленные немцы, но краеведы говорят, что по архитектуре это место больше напоминает Италию».

Продуманная инфраструктура. Магазины строили по количеству жителей. Библиотека, почта – всё рядом. По выходным – танцы во дворе. Повидавшим войну, голод и холод заводчанам такая жизнь казалась сказкой.

Лариса Чепуштанова, жительница микрорайона «Расточка»: «Это было сказочное место, это было какое-то чудо. Обособленные дворики под вид итальянских, кругом оградки – все газоны в оградках, внутри двориков все оградками разделено, – фонтаны, калитки, чугунная красивая резьба, огромные ворота в арках».

В 90-е вера в сказку со счастливым концом пропала.

Константин Голодяев, сотрудник Музея г. Новосибирска: «Когда завод перестал работать в полную силу, то и жилье было запущено. В 90-е годы здесь уже, конечно, начались наркопритоны, бордели, прийти сюда было небезопасно».

Именно в это время на «Расточке» появился «Каритас» – католическая благотворительная организация. К слову, католический храм еще в 80-е годы построили живущие здесь немцы. В 90-е из Европы приехали волонтеры – сестры Святой Елизаветы.

Александра Вайс, сестра Святой Елизаветы: «Бедность, бедность, мы просто не привыкли к такой. И дома, сами знаете... где я жила, было чуть-чуть по-другому, а сейчас мы уже как дома здесь».

Монахинь местные уважают. Благодаря им в районе появилась бесплатная столовая, куда может прийти любой, и Материнская обитель – для женщин с детьми, но без работы и крыши над головой. Сейчас «Расточка» живет лучше, но нуждающиеся есть всегда.

Сергей Кресов, житель микрорайона «Расточка»: «Праздники проводят часто, там во дворе, и конфеты раздаривают. Я говорю: «Как здоровье?», приучил уже всех – она говорит: «Сибирское».

«Вэлкам ту Расточка». Заброшенные дома с выбитыми окнами, разрушенные здания, горы мусора. Идеальные декорации для съемок фильма ужасов. Но это не кино. Видеоролик посмотрели более двухсот тысяч человек со всего мира. Автор – Антон Доронин – на «Расточке» родился и вырос. В его детстве лазили по бомбоубежищам, воровали патроны с завода, бросали их под трамваи и в костры, били окна в заброшенных домах. Сегодня их сносят, вот и захотелось остановить мгновение для истории, обратить внимание на то, что разрушается.

Антон Доронин, видеограф, житель микрорайона «Расточка»: «Очень многие завидуют – прикольно, красиво, домики такие, не советский конструктивизм, а что-то такое ближе к европейскому. Многие думали, что это где-то в Польше снято».

Сейчас команда Антона работает над вторым видеороликом о малой родине. На этот раз задача – показать «Расточку» с лучшей стороны. Антон надеется своими фильмами привлечь внимание к микрорайону, до сих пор красивому и загадочному. В этом году по программе капремонта на «Расточке» реконструируют около 20 домов. Ветхие – сносят: за последние 10 лет с землей сравняли 50 трехэтажек. Жильцов расселяют. Что появится на этом месте, неизвестно. Застройщик пока не нашелся. Старожилы мечтают, чтобы району присвоили статус достопримечательного места, как улице Богдана Хмельницкого, сохранив для потомков дома «сибирского Ренессанса».

читайте также