Тайны Фемиды: работники правосудия отметили свой профессиональный праздник

10 декабря 2017, 14:10
Для обжалования решения суда новосибирцам в следующем году предстоит ездить в другой город. Главная цель – повысить независимость судей. А на этой неделе работники правосудия отметили своего рода профессиональный праздник: 100 лет назад 5 декабря Совнарком принял декрет «О суде».
Они читают по лицам, а свои эмоции тщательно скрывают, хотя чувства внутри порой кипят. О тайной комнате, маске сдержанности и о том, что такое «идеальное решение судьи».

Килограммы историй, драмы и трагедии – вечная ноша судьи: он носит их в сумке, носит их в голове, каждый день. А само здание суда, словно сказочная избушка, лицом поворачивается к положительным персонажам, тех же, кого всерьез заподозрили в неладном, ведут тайными коридорами. Суд сегодня – очень современная структура: диалог с подсудимым – прямо из СИЗО по видеоконференцсвязи, слушания – под запись камер, в холле – инфо-киоск: электронное расписание и база документов. Но, шагая в ногу со временем, верны и традициям: на заседание – только в мантии. Почти 30 лет это рабочая форма Риммы Шатовкиной. Сегодня председатель Областного суда проводит нам экскурсию по закулисью, первым делом – в самую тайную комнату.

Ольга Дурных, корреспондент: «Пройти с судьей в совещательную комнату во время реального заседания нельзя, но мы напросились в соседний зал – здесь пока никого нет. Вот это и есть совещательная комната, где либо коллегия судей из трех человек принимает решение, либо один судья остается наедине со своими мыслями и знаниями. Причем время не ограничено – можно размышлять над вердиктом полчаса, а можно и несколько дней».

Внутри – только стол, стулья и оргтехника. Чтобы ничто не отвлекало. Ошибок опасаются даже опытные.

Римма Шатовкина, председатель Новосибирского областного суда: «Пережить это очень трудно. И сказать, что не было отмененных судебных решений – наверное, я была бы неискренна с вами. Любое отмененное решение позволяет тебе совершенствовать твои профессиональные навыки и стараться, стремиться не допускать никаких судебных ошибок».

Ольга Дурных, корреспондент: «После того как заседание закрыто, работа с делом не заканчивается. Оно перемещается в архив. На всех полках, что здесь расположены, хранятся дела только за последние 10 лет. Бывают такие, которые состоят из нескольких сотен томов».

А внизу, в подвале – настоящие артефакты: приговоры военных лет, написаны от руки. За каждым стоит человек, постоянно повторяет Римма Викторовна. И даже если дело закрыто, судья будет думать о нем еще долго.

Римма Шатовкина, председатель Новосибирского областного суда: «Я хотела бы сказать, что это очень личное. И большую часть тех судеб, которые прошли через меня, я помню всегда. Вплоть до выражения глаз».

За годы службы научилась «читать» подсудимых по лицам. А вот свои лица судьи часто прячут под маской сдержанности, хотя порой даже от устного описания преступлений, совершенных с особой жестокостью, кровь стынет в жилах.

Римма Шатовкина, председатель Новосибирского областного суда: «Этот момент ты всегда пытаешься не показать присутствующим в зале. Но, тем не менее, нам, судьям, не чужды эмоции – как и любому человеку, посещающему судебное заседание. Просто мы несколько лучше ими владеем».

Благодарностями судьи не избалованы, но бывает, что «спасибо» говорит и осужденный. Не за маленький срок – за наказание, соразмерное преступлению. Это и есть справедливость, это и есть идеальное решение судьи.